Пчелина Евгения Георгиевна (1895–1972) − известный исследователь истории, этнографии и археологии Осетии. Ее вклад в историографию Осетии очень значителен.
Родилась Евгения Георгиевна в Кутаиси, в декабре 1895 г. В 1914 г. она окончила Московский археологический институт, в 1921 г. – юридический факультет 1-го Московского университета и в 1924 г. – экономический факультет Тбилисского политехнического института. Но жизнь ее сложилась таким образом, что все перевесила историческая наука. Пчелина работала в научных институтах Москвы и Ленинграда, тесно сотрудничала с научно-исследовательскими институтами Северной и Южной Осетий. Евгения Георгиевна родилась в Грузии, а по матери была абхазка, но судьбе было угодно (к счастью для осетинского народа), чтобы всю свою творческую энергию и научную эрудицию она направила на изучение археологии, истории и этнографии осетин. В 1972 г. Евгении Георгиевны не стало.
Будучи ученым-практиком широкого диапазона, Пчелина проводила археологические исследования в разных районах Северного Кавказа и Закавказья. Однако центральное место в ее полевых работах занимал, как образно выразился доктор исторических наук В. П. Любин, «Осетинский» Кавказ, т.е. его центральная часть. Заслуги Е. Г. Пчелиной в историческом осетиноведении весьма значительны. До середины 20-х гг. ХХ в. сбор археологического материала в Южной Осетии – на территории, богатой древними памятниками, – проходил беспорядочно, без должного документирования. Как и в случае с Хабошем Кануковым, многие археологические шедевры из Южной Осетии оказались расхищенными, проданными за границу. Пчелина оказалась первым профессиональным археологом, проводившим тщательное изучение прошлого Осетии; она совершила многократные (1924–1931, 1934–1936;1938–1939) археологические разведки и раскопки в обеих ее частях, результаты которых нашли отражение в фундаментальных научных исследованиях.
С 1926 по 1931 гг., по заданию дирекции Юго-Осетинского научно-исследовательского института, Пчелиной была проведена большая работа по сбору и изучению памятников материальной культуры на территории Юго-Осетии. В соответствии с заданием, «она обошла все районы Южной Осетии, собрала значительный материал по древней металлургии и металлообработке и впервые составила археологическую карту области» (Б.В. Техов).
Еще более масштабную археологическую работу Пчелина провела в ущельях Северной Осетии, уделив особое внимание Алагирскому ущелью, которое В. Пфаф справедливо окрестил «колыбелью осетинской народности». Своими работами, посвященными прошлому этого ущелья, Евгения Георгиевна подтвердила правильность изречения своего предшественника и коллеги.
В круг научных интересов Е.Г. Пчелиной входили также вопросы нартоведения. В частности, она критически восприняла утверждение Е.И. Крупнова о том, что Нартовский эпос не отразил исторические события. Е.Г. Пчелина стремилась раскрыть особенности материальной и духовной культуры осетин не только периода Средневековья, но и более ранних эпох. Е.Г. Пчелина была первым археологом, попытавшимся связать такие артефакты, как мифологические сюжеты из бронзовых ажурных пряжек и бронзовые фигурки коней VI–VII вв. с персонажами осетинского Нартовского эпоса. Наметки таких увязок можно найти в ее статьях об «отголосках» Нартовского эпоса в памятниках осетинских могильников из Рекома, Сохта и др. Ею было положено начало «комплексного изучения эпоса и его отражения в обширных археологических материалах, точнее говоря, – проблеме историзма Нартовского эпоса» (В.А. Кузнецов).
Специальная работа о Нартовском эпосе у Е.Г. Пчелиной одна − доклад, представленный в Эрмитаже. Во время раскопок в Северной и Южной Осетиях она обнаружила четырехугольные литые ажурные бронзовые пряжки с изображениями фантастических животных, в том числе коней с рыбьим хвостом. Е.Г. Пчелина разъяснила при помощи Нартовского эпоса их смысловое значение: конь с рыбьим хвостом – порода коней, принадлежащих покровителю солнечного света. Она пишет, что «сохтинская фибула крылатого коня, наличие такого же коня в Нартовском эпосе дают возможность судить о сущности трехногого (æртæкъахыг) божественного коня осетин, о его связи со стихиями, с небом – огнем – солнцем (крылья), с землею (его конская сущность) и с водою (рыбий хвост), о глубокой древности этого образа, восходящего к тем временам, когда человеческое мышление воспринимало мироздание в виде трех сфер (небо – земля – море)». На этих конях совершают свои подвиги нартовские богатыри – персонажи солярного цикла. Изображенная на пряжках сцена нападения собаки-волка и птиц на оленя-коня (быка-коня) – отображение космологических представлений, присутствующих и в Нартовском эпосе осетин.
Бронзовая пряжка из Осетии I в. х. э. (к докладу Е.Г. Пчелиной)
В трудах Е.Г. Пчелиной предпринята попытка доказательства того, что эпос унаследовал многие черты скифского времени и имеет большое значение для ранней истории осетинского народа. По ее мнению, Нартовский эпос имеет более глубокие корни, нежели аналогичные эпические произведения многих современных народов, потому получил такое широкое распространение.
Согласно исследованию Е.Г. Пчелиной, осетинский исторический эпос – повествование, обросшее сказочными напластованиями, в некоторой своей части дающими возможность частично восстановить картины общественной жизни в прошлом, а также уточнить имена и даты событий. А когда эти песни, по убеждению Е.Г. Пчелиной, дополняют и иллюстрируют археологические данные, то они дают основание и для некоторых исторических выводов.
Из предметов, найденных в Сохта и Урсдзуаре (Южная Осетия), Е.Г. Пчелина проводит параллели с Нартовским эпосом. Особенно интересны бронзовые прямоугольные ажурные поясные пряжки с мифологическими сюжетами, отражающими космогонические и религиозные представления кавказских горцев, известных читателю из Нартовского эпоса и погребального ритуала посвящения коня умершему.
Во время погребального обряда позади носилок с покойником вели коня, посвящаемого умершему. При этом еще в нач. ХХ века в наиболее глухих ущельях Осетии впереди носилок катили круглый плоский хлеб диаметром до полуметра, называемый «Соти» и символизировавший Солнце мертвых (Мæрдтыхур).
В 1936 г. в известном святилище Реком Е.Г. Пчелиной была найдена медная бляшка с изображением коня, передние ноги которого в виде столбика разделены внизу на два копытца; вместо задних ног у него – толстый спирально закрученный хвост. Между тем трехногий конь представлен в осетинском фольклоре вообще, в Нартовском эпосе, в частности.
В исследовании, посвященном истории, этнографии, религии и культуре Осетии, хранящемся в личном фонде ученого Санкт-Петербургского филиала Архива РАН, нартовским кадагам осетин выделен специальный подраздел, основу которого составляют материалы о происхождении эпоса, этнониме «нарты», сказаниях и приключениях выдающихся героев эпоса, анализе существующей литературы об эпосе и др.
Е.Г. Пчелина интересовалась и Даредзановскими сказаниями, которые получили преимущественное распространение среди южных осетин.
Этнографические труды Е.Г. Пчелиной – образец междисциплинарных исследований о гостеприимстве, родильных обрядах и др. (Нартский эпос в памятниках североосетинских могильников // Сообщения Государственного Эрмитажа.Вып. III. Л., 1945. С. 10–11; Обряд гостеприимства у осетин // Советская этнография. 1932. № 56; Родильные обычаи у осетин // Советская этнография. 1932. № 4; Погребальные комплексы из Сохта, Урсдзуара и Рука Юго-Осетии // Ossetica. Избранные труды по истории, этнографии и археологии осетинского народа. Владикавказ, 2013) сопровождаются подтверждающими иллюстрациями (параллелями) из Нартовского эпоса.
Помимо высокого профессионализма Евгению Георгиевну характеризовали замечательные человеческие качества, особенно доброта души. Она первая, заметив пытливого молодого человека, оказала ему содействие в устройстве в аспирантуру Эрмитажа, тем самым подарив науке выдающегося археолога В. П. Любина, благодаря трудам которого Кударские палеолитические пещеры получили мировую известность. Это Пчелиной (наряду с Крупновым и Абаевым) В. А. Кузнецов обязан своему становлению в качестве археолога-кавказоведа, ставшего впоследствии известным алановедом. От писем Евгении Георгиевны к младшим осетинским коллегам (Т. Б. Тургиеву, В. Х. Тменову, Р. Г. Дзаттиаты) веет теплотой и надеждой на их большие научные достижения. К исследованиям Е.Г. Пчелиной обращаются фольклористы, языковеды, антропологи – таким широким был круг ее научных интересов, и так много самого различного полевого материала ей удалось зафиксировать в Осетии.
Людвиг ЧИБИРОВ, доктор исторических наук, профессор, зав. отделом этнографии СОИГСИ им. В.И. Абаева